footuh — 08-01-2009 11:00:00

Ув footuh,  читаю про Бенка, уже на 6-й главе.

Есть несколько вопросов.

В свое время я случайно умудрился купить книгу Е.Тарле про Талейрана (по моему 1947 г.! издания), а потом случайно обрел опять таки его книгу  по тем же временам, но уже про Наполеона (вроде как 50-какогото года издания ) (кстати, вот ведь вроде после 2ВОВ а издали таки книги), ну так  вопрос, как Вы относитесь к данному автору про те времена (Е.Тарле в смысле). У него конечно по сравнению с Вашим трудом изложение болеее четкое, но это не вопрос и Ваш труд и дочитаю и перечитаю и видимо не раз и не два.

Ладно, пока на один вопрос хватило сил.

Потом будет больше.

Очень хороший автор. Делал в то время — все, что мог. Читать обязательно.

P.S. Вы меня тока с Тарле не сравнивайте — ОК? Кто ОН и кто я? Кроме того, — Бенк пишет автобиографию — от первого лица. Поэтому история от первого лица — всегда будет неизбежно искажена, это такая очень сложная для передачи особенность подобного изложения, и так как это псевдо-автобиография — не стоит воспринимать её как учебник Истории. (Например, — более чем вероятно, что Бенк родился все-таки в 1881 году, однако по его приказу все крестильные книги были уничтожены, а сам он в свое время и сам объявил, что матушка его согрешила с простым латышом и свою сестру убедил признать — то же самое. Потому что — мудрый человек был граф Бенкендорф. Младший брат его отказался при всех повторять эту — фантастическую для тех лет историю, и поэтому помер простудою на должности командующего Кавказской армией, ведь там очень скользкий момент был — непосредственно перед 1825 годом, — Бенкендорф со товарищи сделали все, чтобы престол перешел от Александра Николаю, а не — Константину. В том числе и муссировалась идея, что Николай мог быть незаконным сыном Кристофера Бенкендорфа, а тогда получается, что он на целое поколение ближе к Петру Великому, чем Александр с Константином. Однако был и нюанс — законные сыновья Кристофера Бенкендорфа — при этом были по-любасу старшими братьями по отношению к незаконному по этой версии — Николаю. То есть — если следовать логике монархической, — они оказывались бы наследниками более первой очереди, чем Николай Павлович. И вот чтобы эту династическую закавыку обойти, — Бенк на полном серьезе давал под церковной Присягой показания, что его мать — прижила его от латышского конюха, а затем через то же самое заставил пройти любимую сестру.

Есть запись беседы его с Грибоедовым (тот был секретарем Амис Реюнис, где Бенк был Мастером Ложи) — где Грибоедов, которому было до всего дело — спрашивает:
- «Скажите, Александр Христофорович, — вы серьезно будете мне утверждать, что Ваша матушка нарушила все обеты перед Господом — ради какого-то латыша, который к тому же весьма удачно погиб после этого? Ну ладно дата Вашего рождения, но как можно утверждать это в отношении Вашей сестры?! Ваш батюшка, а я уверен, что он — ваш батюшка — в тот момент был в Риге! Что мы скажем простым членам Ложи? Ведь это не просто скандал, это — нечто неслыханное! Ведь вы сказали все это — глядя своему отцу — прямо в лицо!»

Бенкендорф, согласно записям, долго молчал, а потом еле слышно ответил:

- «Нет никакой цены, которую я не готов бы был заплатить, лишь бы не допустить Гражданской Войны в Империи. Немцы — лютеране и за Николая, поляки — католики и за Константина, который бездетен и что хуже — бездарен. Хуже и не придумать… Николай должен иметь все безусловные права на Престол. Что чувствую я, моя сестра, или наш отец при том — дело десятое.»

Грибоедов тогда наклонился к Бенку, умоляюще посмотрел тому в глаза:

- «Ведь Вы не хотите сказать, что солгали под Церковной ПрисягоЙ?!»

- «Я не лгал. Я спасал жизнь самого дорогого мне человека — моей сестры. Oder-oder.»

Согласно записям, Грибоедов при этих словах резко отпрянул, спросив:

- «Вы не боитесь чувствовать себя Каином? Ведь это значит…»

- «Я люблю Доротею. Поэтому я все решил за неё. Мой брат меня не послушал. Не выслушал. У нас теперь нет выбора. Все равно — у нас его считают предателем»…

Вот такая вот запись из бумаг Амис Реюнис. Как Бенку от первого лица — это все написать? Да — никак. Разумеется, он этого писать просто не будет. Но в более поздних главах — в момент дачи Церковной Присяги, в момент обязательного объяснения с отцом, в момент известия о смерти Константина и неизбежной истерики Доротеи, которая прекрасно понимает — с какими товарищами она тут общается, — что-то конечно же вылезет. Не прямо, намеком, но — выползет. «Раскрылась Бездна — Звезд полна, звездам нет счету, — бездне — дна»… Но вы сейчас на 6-ой главе, в Сети открыто — по конец 8-ой, а первые намеки на все это вылупятся только в 13-ой — и никак нельзя даже литературными средствами — даже намекнуть на то, что не все Бенкендорф от первого лица может рассказывать.

Там ведь вообще дальше сюр начинается. Матушку Бенкендорфа ведь — отравили. По приказу Императора Павла. Ведь он не просто так — отчаянно рвался ко двору Марии Федоровны. Он — будучи — почти что ребенком — искал концы. Он ведь все сделал для того, чтобы поехать в Австрию, — потому что там — у Зюсса жили служанки, которые помнили последние дни его матушки. И по возвращению — он не просто так отправляется на обучение химией в Дерпт. Он рвется в тамошнюю библиотеку. Он будет искать — про яды. Он найдет, то, что искал. И уже после этого — он опять устремится назад в Павловск. Потому что только оттуда он может достать убийцу его матушки. А тот в ответ сделает все, чтобы Бенка угрохали на Кавказе и того — по сути чуть ли не забьют до смерти в пытошных. Но и этого он тоже не может и не будет рассказывать от первого лица. Это человек — кремень. Это «человек Ночи». Он прождет хренову тучу лет и отомстит. Когда все уже вроде забудется. Потому что настоящую Месть надобно подавать холодной. Заледенелой. Но этого — по первым главам — вы никогда не почуете. Это особенности повествования от первого лица. Первого лица человека — у которого было — хрен знает сколько лиц.

Извините ежели сбивчиво и непонятно.

P.P.S. Антихристом Наполеон считался — потому что был Антихристом. Я не шучу.

footuh — 05-01-2009 16:32:25

Интересно это все. Но после 1917 года русская аристократия, высосавшая французскую культуру, покинула Россию в большинстве своем. Она оказалась рассеянной по миру, и очень многие осели именно во Франции, т.е. как бы вернули во Францию ее культуру в своем лице.  Но что-то результата от возврата сейчас не наблюдается. Может, потому что те русские уже покинули мир, а их потомки, родившиеся на французской земле, уже не имеют чего в себя впитывать? Или впитывают всякую генно-модифицированную культуру общечеловеков. Такое впечатление, что экологически чистая культура осталась у мусульман, китайцев, индусов, кого там еще, но только не у европейцев.

Вообще, культуру народа можно назвать культурой лишь в том случае, когда она самобытна. Культура — это как индивидуальность у конкретного человека. Двум людям интересно общаться, когда они немного разные. А Европейские страны теряют свою индивидуальность. Особенно это заметно по кинематографу.  И по пище. Все жрут пиццу замороженную, фрикадельки замороженные, овощи отварные замороженные… Грустно.

Вы не понимаете. Люди, которые в начале 20-го века бежали неизвестно куда — в массе своей уже давно были никем, они были во Власти Врага Рода Нашего. Они и бежали в края, где не было Ангела, ибо подобное тянется к подобному.

Разумеется, то, что случилось в Империи в начале 20-го века — не от Всевышнего, однако люди, которые это совершили в известной степени — прошли «тест Бенкендорфа», они разрушили в итоге — Храм, а не Тюрьму. Это были люди, которые восстали против устоявшегося Порядка — в том числе и Небесного, но они не пошли против Империи (как это случилось в той же Франции). А АрхАнгел это свойство именно Империи, а не Порядка, или даже Религии. До тех пор, пока вы не начинаете крушить Структуру, — Империя впоследствии восстановит самое себя, в том числе и в плане Религии. Нечистый находится именно на Структурном плане, а не в Горних Сферах, — это очень важный момент.

Я уже пытался Вам объяснить про бесконечные развертки на плоскости, — пока Структура осталась не нарушенной, Империя — выстоит. Во Франции было покушение не на Веру (Собор Нотр-Дам, или Шартр — уцелели), но на саму Империю — была разнесена в клочья сама суть Империи — её символ — Бастилия. Враг Рода Нашего вырвался на свободу. И все, — страна кончилась. А вместе с ней кончилась и французская культура — как исторический феномен. Поймите, Армия Бонапарта была именно Армией Антихриста, и это — не шутки.

Возможно, это прозвучит очень странно, но Коммунизм в его советском варианте — точно такая же УНИКАЛЬНАЯ для данного АрхАнгела РЕЛИГИЯ, произошедшая в своем базисе из того же Святого Писания, как и персидский шиизм, или британское англиканство. И не забывайте, что и персидских имамов принято звать не иначе — чем еретиками у мусульман, равно как и Елизавету Великую звали не иначе, как рыжей ведьмой, еретичкой и врагом Святой Веры. И в этом смысле советский коммунизм — в принципе ничем не отличался в отношении к нему от того же Православия — для остального мира. Ну, — извините за подробность, что Православные — схизматики и враги Святой Веры для тех же поляков, что коммунисты — безбожники и опять же — враги Святой Веры.

Ну, как бы вот — получается очень странная вещь, — для АрхАнгела судя по всему — важно — Отличаться и отличать своих подданных от всех прочих, а не сам факт конкретной религии. Нет принципиальной разницы для членов нашего монокристалла — быть православными, или коммунистами, — главное не это, а принадлежность к Структуре, определяющей суть данного АрхАнгела.

Во Франции в 18 веке — нанесли удар именно по внутренней Структуре общества, а в России в 20ом веке — снесли Идеологическую Надстройку. Вы понимаете разницу?!

В итоге из Франции снесло — именно людей, наполнявших собой внутреннюю структуру Франции, а из России — тех, кто был привязан к надстройке. Иными словами — из французского икосаэдра вынесло именно атомы-икосаэдры, которые и составляли «основные жилы» тамошнего общества — после этого тот кристалл был уже обречен. А в случае России — сносило внешнюю оболочку, сильно насыщенную дефектами, которые и выглядели на первый взгляд — «цветом Империи». Так прикол-то и состоит именно в том, что «цвет Империи» возникает в зонах с большим количеством дефектов и дислокаций и — потеря этого слоя — скорее всего — напротив укрепляет кристалл. Да Вы посмотрите на наш нынешний «Цвет Нации», или то, что называли «Цветом Нации» в конце советского строя. Два прикола, — да, это Цвет Нации, — это то, что делало и делает нашу Культуру именно Нашей. Теперь представьте себе умозрительный опыт — представьте себе, что весь этот «Цвет Нации» — куда-нить денется — в Америку, Англии, или Израиль — не принципиально. Что при этом произойдет?

Ну, с одной стороны да, — в смысле культурного развития общества и разнообразия мнений и проявлений — то, что останется — весьма оскудеет. Но значит ли это, что — навсегда загнется русская культура, как таковая? Почему-то у меня есть уверенность, что нет. Мало того, — лучшие из «Цвета Нации» если даже и сдернут отсюда, но об этом потом весьма пожалеют, и вместе с Горьким, Куприным и тем же Вертинским — обязательно вернутся, ибо настоящий Цвет Нации не может существовать без источника, а источник Света, который и дает искомый Цвет, это сам — монокристалл. Пусть сами по себе и — бесцветный.

А вот во французском обществе случилось совсем не так. Оттуда побежал не «Цвет Нации». Оттуда побежали гувернеры, модистки и парикмахеры. Стеклодувы и шахматисты. Металлисты и краснодеревщики. Оттуда побежал именно тот самый «бесцветный слой» общества, который и составляет «мясо» монокристалла, а сама Франция на какое-то время — наоборот стала этакой Меккой — куда устремился «Цвет» со всего мира, включая естествоиспытателя Гумбольдта и композитора Бетховена. Это — строго обратный процесс! Процесс стекания самых разных «кристаллических дефектов» в одну гигантскую «структурную дислокацию». (Да — нечто аналогичное было и в нашу Революцию, но — в гораздо меньших масштабах. Троцкий все же — не Бонапарт.)

Не путайте пожалуйста — Дар Божий с яичницей.

To I.Z.Goi.

Ах, ну да… Право-лево, верх-низ… Корень тот же — разница в направлениях… Ну да… ну да… как же я мог забыть…

footuh — 04-01-2009 11:33:24

В ответ на вопросы о Бенке — я свою позицию по нему выложил в ветке: «Современные ВС США и Нато» https://www.avanturist.org/forum/index.php/topic,126.200.html — посты 8, 9 и 16 на 11 странице топика (запускал с опцией не показывать скрытое — если больше привыкли искать по датам то — 20 июня 2008 23:24:57, 21 июня — 03:24:22 и 21 июня — 17:40;41).

Ev-Reytor от 20 Июнь 2008, 13:00:46

Я начинаю впадать в отчаяние…

Я где то писал, если писал — укажите, что  впрямом столкновении выигрывают партизаны? … да хоть к Отечеству нашему любезному почему то «патриты» не обращаются? Россия-Франция (1812).  Везде свои особенности были, но итог один.

Зарекался я сюда приходить, но Ваше невежество меня просто добило. (Правда, возможно, это не невежество, а нечто еще — связанное не непосредственно с Вами, ну да ладно…)

Извините за подробность и задумайтесь — почему Наполеон пошел на Малоярославец, а потом его понесло на Березину под Борисов.

Ответ таков: в условиях относительно теплой зимы и продолжительных дождей в Прибалтике (которые ограничили возможности подвоза подкреплений посуху из Европы, но не повлияли на движение речных флотилий по Западной Двине) в октябре 1812 года (по старому стилю) перешли в контрнаступление войска Витгенштейна.

Наступление началось 5 октября (в тот самый день, когда Наполеон посылает гонца к Кутузову с просьбой о перимирии) и уже 10-11 октября Наполеон принимает решение отходить из Москвы. (Причина — 3-х кратное превосходство Витгенштейна над французами в районе Полоцка-Витебска). Французские войска начинают уничтожать существующие припасы по приказу от 12 октября.

18 октября начало «второго сражения за Полоцк». В тот же день — в соответствии с общим планом контрнаступления — Кутузов начинает выдвижение из Тарутина на Москву — с целью не дать возможности французской кавалерии — срочно двигаться по Смоленской дороге на спасение Полоцкой группы. Вместо помощи Полоцку — туда прибывает ОДИН гонец с просьбой — «держаться до последнего». 20-го октября — Полоцк занят Северной армией и северная дорога из Смоленска в Польшу перерезана. Наполеон в тот же день начинает выводить свои армии из Москвы, — часть армий движется на Смоленск, другие (лучшие) части движутся на Калугу с задачей — «прорыва, или остановления русских до ИЗВЕСТИЙ из ПОЛОЦКА».

24 октября — сражение при Малоярославце, — причем русская армия отброшена из города, и город занят французами. В тот же день Наполеон получает известие о падении Полоцка и начале боев за Витебск.

26 октября — Северная армия занимает Витебск. С этого момента армия Наполеона находится в ПОЛНОМ окружении. По приказу Витгенштейна начинаются крепостные строительные работы — все ВОСТОЧНЫЕ подходы к Полоцку и Витебску укрепляются редутами, происходит рытье траншей — обе дороги из Смоленска на запад перерезаны. Любые гонцы из Европы — с 26 октября перехватываются. Наполеон не имеет НИКАКОЙ связи с Европой.

В этих условиях (весь порох и и военное снаряжение, а также до 23 провианта Наполеону доставлялись из Польши) — Наполеоновская армия стала быстро сокращаться — как от голода, так и в ходе арьергардных боев, в ходе которых французы не имели даже трети штатной огневой мощи, положенной по уставу.

30 октября — Наполеон издает фактически разлагающий армию приказ — запрещено стрелять из пушек, весь порох отныне должен расходоваться только  личным оружием. Одновременно с этим формируется группа фактически смертников, которым поставлена задача — прорыва в районе Полоцка, или Витебска (по итогам разведки).

Однако 10 ноября уже в Смоленске Наполеон получает доклады от разведчиков, из которых следует — оборона русских в районе и Полоцка и Витебска настолько сильна, что атака их — с существующими силами — невозможна.

13 ноября Наполеон отдает приказ бросить пушки и обозы и идти на прорыв через болота. Французская армия уходит из Смоленска общим направлением на юго-запад — в надежде, что укрепляющаяся зима сковала Пинские болота достаточно, чтобы там смогли пройти люди. В известной степени, это решение было спасением. Гвардейские части, бросив все, вплоть до избыточной амуниции смогли уйти по застывающим болотам в условиях, когда поверхность болот застыла достаточно для прохода рассеянного пешего строя наполеоновской гвардии, но — недостаточно для прохода преследующей кавалерии (читаем доклады атамана Платова — меня поразил рассказ о том, как французы проходили какое-то болото ползком на морозе, а лошади дичились и не могли их преследовать).

Такая вот история бегства Наполеона из России.

Насколько я понимаю, — прекрасный пример хорошего стратегического планирования и взаимодействия войск на разных театрах военных действий. Где вы нашли в этой истории — хоть что-то — указывающее на ОСОБУЮ РОЛЬ ПАРТИЗАН?

Извините за подробность — RTMF («Историю Отечественной войны», изданную в 1837.) А все рассказы про Дениса Давыдова и Василису Кожину — это уже из советского фольклора времен Великой Отечественной… (и в этом фольклоре не оказалось места ни Витгенштейну, ни Бенкендорфу, ни Вингенгероде… — потому что фамилии были для того времени… политически некорректны.)

Цитата: Ev-Reytor от 20 Июнь 2008, 17:14:36

Бородино единственное серьезное столкновение русских с французами, когда они были в зените своего могущетсва. И причины отступления и сдачи Москвы Кутузов как раз в решении сохранения армии. » сражение мы бы не выдержали… Была бы уверенность дали бы второй тайм.

Ну, по поводу — «единственности» сражения Вам уже все всё сказали.

Теперь по поводу самого сражения. Стратегическая задача на сражение была сформулирована Кутузовым весной 1812 года (по старому стилю) в докладной графу Аракчееву (который после «пасхального заговора» окружения Сперанского становится официальным Диктатором Российской Империи) — иными словами ЗА ТРИ МЕСЯЦА ДО начала собственно кампании 1812 года. Тогда же (с середины апреля 1812 года) начинается активная фаза строительства фортификационных сооружений на Бородинском поле (вялотекущее строительство будущей Батареи Раевского идет уже с марта 1812 года и для этой цели в район Бородина начинается переброска саперных подразделений из Дрисского лагеря).

Суть плана проста — согласно расчетам полковника Коновницына поданным на Высочайшее рассмотрение ориентировочно в ноябре 1811 года, логистическая ситуация в западной России не позволяла — ни переброску русских войск на запад за линию Смоленска, ни — достаточную поддержку крупных войсковых соединений даже на линии западней Вязьмы, по причине отсутствия достаточных квартирьерских мощностей в регионе, а так же местных запасов фуража и провианта. В то же самое время — по данным специальной Коллегии полковника Бенкендорфа, — военно-логистические технологии французов позволяли им поддерживать достаточный поток продовольствия/фуража и военного снаряжения для поддержки Grand Armee — вплоть до Витебска.
В случае вторжения французских войск на сравнительно малую глубину, могла возникнуть достаточно неприятная ситуация, когда Наполеон мог бы зафиксировать линию фронта по Двине/Даугаве и настоять на изменении Русско-польской границы. (Обратите внимание, что Отечественная Война 1812 года — во французских источниках по сей день именуется «Второй Польской кампанией» и её формальными целями, объявленными Наполеоном незадолго до вторжения — была именно оккупация ряда белорусских и украинских земель — «в пределах былой Речи Посполитой».)

В известной степени именно неблагоприятная оценка грядущей кампании — при условии начального столкновения на «Дрисском рубеже» (согласно изначальному плану Барклая де Толли) и привела к передаче общего командования от Барклая к Кутузову, причем произошла эта передача весной 1812 года, тогда как стратегический план на грядущую кампанию начинает разрабатываться Кутузовым еще в ходе турецкой кампании, а с осени 1811 года Кутузов вместе со своим штабом оказывается «в нетях» (то есть скрывается от чужих глаз — для подготовки плана в условиях особой секретности).

Одновременно с этим Российские спецслужбы — «Тотенкопф» Зондеркоммандо — под управлением Бенкендорфа начинают проводить ряд специальных мероприятий на территории — в основном Смоленской и Московской губернии (а так же Тверской и Калужской), где возникают фиктивные подпольные организации ссыльных поляков, которые были перевезены по приказу Екатерины Второй в Московскую и Нижегородскую губернии после восстания Костюшко.

Из захваченных впоследствии данных разведслужбы французской армии под управлением Бертье видно, что деятельность Бенкендорфа увенчалась полным успехом: к весне 1812 года Наполеон начинает менять начальный план кампании — у него возникает уверенность в поддержке «московских поляков» (которые в тот момент — действительно были самыми богатыми помещиками центральных губерний) и в планах французского штаба основной подвоз провианта уже указывается «из района Москвы», а не «из Польши». В этой ситуации французский план на войну начинает меняться разительно — и наступление на Москву становится приоритетом. При этом растянутые линии коммуникации предусматривается прикрывать польскою кавалерией, которая к моменту начала войны превосходит по численности русскую — чуть ли не в два раза. Именно поэтому в своей докладной на грядущее Бородинское сражение — в АПРЕЛЕ 1812 года Кутузов изначально описывает Бородинскую позицию — «в стиле Рущукском — с нарочным дефектом», а на батарее Раевского устанавливаются БЕРЕГОВЫЕ орудия на ПАНОРАМАХ. Данные орудия снаряжаются хлорным порохом, который имеет большую мечущую силу, чем черный порох, но и — неравномерность скорости горения. Эти особенности — ведут к тому, что орудия не могут метко стрелять таким порохом, зато могут бить ненаправленным картечным зарядом по большой площади, создавая эффект «огневой завесы». Все это делается для того, чтобы французская пехота не могла идти в атаку обычным порядком из-за огня береговых пушек Раевского, зато более быстрая кавалерия могла проходить зону огня этих пушек практически без потерь. Это — по мысли Кутузова — приводило и — ПРИВЕЛО к тому, что французская армия вынуждена была штурмовать Флеши — в основном конницей и главную идею сражения Кутузов в своем докладе формулировал так: «Пока у врага больше конницы, чем у нас — мы не можем нанести им удары по флангам, но если нам удастся разменять нашу тихоходную пехоту на их кавалерию, а нашу кавалерию — сохранить, рано или поздно противник потеряет возможность реагировать на наши контратаки по всем линиям…»

Как мы знаем из истории сражения, — план Кутузова был воплощен в жизнь полностью. Однако — польская (и саксонская) кавалерия Grand Armee смогла нанести решительный урон основным пехотным частям русской армии. Это привело — как к невозможности дальнейшей обороны Москвы, так и — способности для оставшихся войск поместиться в Тарутинский лагерь.

Подробности в наших архивах не сохранились, но отношение заранее заготовленных квартир и провианта для отступающей армии — практически соответствует фактическому составу русской армии, прибывшей в Тарутин. Что это значит — Б-г весть…

Как бы ни было, вся история кампании 1812 года достаточно темна и интересна для исследования. Только вот не надо «про партизан, и — казаков…»

Кстати, тут поминали про партизанское движение в Испании… Вы в курсе, что там все началось после того, как англичане утопили в португальских водах испанский корабль? После этого испанцы заняли Португалию, и Веллингтон начинал как вождь «народно-освободительного движения португальцев против Испании». А у португальцев с испанцами всегда отношения были как у поляков и русских… И поэтому изначально-то испанцы его ненавидели…

Понадобилось, чтоб из России был прислан так называемый «корпус греков-исселитов», которым до этого командовал Бенкендорф и эти люди долго и упорно изображали из себя — то восставших испанцев, то — французских карателей — пока в Испании там все окончательно не раскочегарилось. Корпус был сборным, там были грузины, хорваты и греки — людей набирали только таких, которые бы внешне походили на французов с испанцами, и ни в коем случае не имели бы прямых связей с Россией. Их там ловили, пытали, казнили, а они умирали с криками «Вива Эспанья» — чем сильно озадачивали французов. Если вы почитаете романы де Сада того времени, то там вы найдете отражения всех этих «ужастей» — и выводы, почему грузины, греки и «далматинцы» такие «гадкие». Соответственно в Англии возникло общество «интернационалистов», которое занялось сбором добровольцев на войну в Испанию. А потом в Грецию (кстати — по их линии в Грецию убыл товарищ Байрон). А потом в Польшу. В Польше, правда, — не очень заладилось. А потом был скандал, — потому что учредителем общества был тот самый Бенкендорф, который к тому времени стал Главой Третьего Тайного управления Российской Империи. И соответственно был знаком с полным списочным составом тех, кто приедет «освобождать Польшу от русских». Кроме того, они везли деньги, оружие, распоряжения от англичан для восставших… В общем, — «партизанили» по-полной. Ну и когда последнего «интернационалиста» в Польше наши жандармы шлепнули/повесили — лавочка вся и прикрылась… А Восстание кончилось.

Так что — когда немного почитаешь больше про все эти «партизанские движения» — становишься гораздо циничнее.

P.S. Кстати, — ежели Вы не в курсе. Восстание в Венгрии в 1848 году изначально готовилось и подпитывалось русской разведкой — на случай возможного обострения отношения с Австрией из-за Галиции. Будущие венгерские мятежники вообще-то денно и нощно тренировались чуть ли не с 1820-ых годов в тренировочном лагере Семеновского полка… Тока потом Бенкендорф умер, снабжение и контроль за движением прекратилось, а дальше в 1848 году — австрийский кайзер устроил истерику Николаю Первому на тему — «вы за моей спиной наточили нож и вонзили его мне в спину». И уже после этого была знаменитая фраза Николая — «Господа, седлайте коней — в Венгрии Революция!» А Вы небось бы рады были бы сказать — «ах, народно-патриотическое движение в Венгрии»… Ах, «венгерские партизаны»! Ах, «русские опричники»! Ню-ню…

ursus от 21 Июнь 2008, 15:04:30

К примеру, — в Толстовском «Войне и Мире» — уже все очень сильно искажено — хотя бы потому, что дядя Льва Николаевича был расстрелян перед самым Бородинским сражением за преждевременный взрыв моста, повлекший гибель разведотряда Невельского, а вся семья Толстых за это — мягко говоря — пострадала. (Короче говоря, — вроде разные войны, разные общественные строи, разная идеология, а методы наших карательных органов, что в одну Отечественную, что — в другую, что в эпоху Ивана Грозного, — разнообразием не отличались.)

хххее… Вот это новость… Многое проясняет в ролях и задачах великой русской литературы. Своего родственника Лев Николаевич в романе не вывел?

Я историей Отечественной войны — интересовался явно вскользь, судя по таким катастрофическим лакунам.

Но вот эпоха перелома Александровского/Николаевского времени меня интересовала.
Вот в каком аспекте. Не было ли в ту пору создано некоего органа стратегического планирования, отвязанного от династии и личности Государя?

Собственно — к такому горестному подозрению меня привёл интерес к некоторым гримасам «русской революции» 17 года. Ну никак не желающим впихиваться ни в один из легальных сценариев.

Я полагал, что этот орган мог быть создан позже — в эпоху Александра Третьего. Но опять же — не вписывается. Самый вероятный срок — Николаевская эпоха.

1-Ну, в романе все сказано. Вспомните эпизод со взрывом моста и словами Льва Николаевича о том, что сохранение подобных мостов было предательством. (Кстати, родственника его (а так же еще несколько нижних чинов) расстреляли именно — как «паникеров» — и прогнали чуть ли не всю армию мимо деревни Валуево, зачитывая перед частями приказ, аналогичный сталинскому — «ни шагу назад» и словами (точную формулировку навскидку не помню) — «за оставление позиций, утерю оружия и амуниции, распространение панических настроений… etc — приговор приводить в исполнение на месте. Приговор исполняется непосредственным начальником, или старшим по званию. В случае отказа начальника — приговор приводится в исполнение его начальником в отношении отказавшегося…» Короче говоря, — в реальной жизни того же Платона Каратаева — шлепнули бы на месте и — не заморачивались.

2-Кстати, по воспоминаниям очевидцев — не будь того приказа — в Бородинском сражении — люди бы побежали. А тут когда на глазах у вчерашних крепостных (и младших офицеров) пускают в распыл полковников, всем всё становится ясно. Так что особых заградотрядов в ту пору не было, но все были в курсе, — чуть что не так и парни из «Мертвой Головы» Бенкендорфа мигом приведут приказ в исполнение. И что самое жуткое, — не просто шлепнут, а последствия покатятся — по всей фамилии осужденного. Причем, — бежать то от этих заплечных дел мастеров было — особо некуда. Недаром их тогда уже звали «Зондеркомандой»… (Ну, при переводе с немецкого — вроде бы ничего особенного, а при современных аллюзиях на 20-ый век — аж мурашки по коже…)

Кстати, на эту тему есть замечательная докладная за подписью самого Бенкендорфа от 1811 года, где он поминает известный эпизод Семилетней войны и сетует, что — без толку казнили фельдмаршала Апраксина. После боя, мол, уже не было смысла — так как выглядело это, как что-то типа мести за проигранное сражение. А по мнению Бенкендорфа — стрелять надо перед строем ДО сражения и «возможного преступления», а не — после Прикиньте…

И что характерно именно так и сделали! И получилось…

2а. Корни проблемы уходят в эпоху Екатерины. Об этом не принято говорить и вспоминать, но надо понимать, что все будущие разведчики и контрразведчики Российской Империи эпох Александра и Николая были первыми русскими дворянами, воспитанными непосредственно внутри Российской Империи (до этого момента дети высшего сословия ездили на обучение за границей). Для этой цели в Санкт-Петербурге был учрежден ИЕЗУИТСКИЙ Колледж аббата Николя, причем — что любопытно — сам Иезуитский Орден был запрещен в России сразу после появления этого Колледжа. Таким образом, — все воспитатели и преподаватели данного Колледжа были обречены на фактически пожизненное домашнее заключение. В то же самое время — Папская Курия поддержала данный проект, потому что Екатерина просила Ватикан о посильной помощи против турок. Так как Османская Империя в ту пору была на пике, Рим счел возможным помогать России – всем, чем только можно, — ради победы над Турцией. В итоге — будущие русские разведчики получили — самое лучшее образование, о котором до той поры можно было только мечтать, кучу связей в Европе и — посильную помощь от ВСЕЙ ЕВРОПЫ в деле борьбы с «магометанцами». Это изначально заложило тот базис, на основании которого русская разведка так хорошо «выстрелила» лет через двадцать после этого, а во всяких играх типа «Цивилизаций» в наши дни Россия традиционно получает «шпионские» бонусы. Это о том, — как все закладывалось.

2б. Главной проблемой того времени для России стала проблема престолонаследия. Боюсь, что дальнейшие мои высказывания на эту тему могут вызвать флейм-вор, поэтому здесь я замну для ясности.

Как бы ни было, уже в 1794 году было официально установлено «династическое бесплодие — так называемых «старших Павловичей» — а именно Александра и Константина. Дальше начинается весьма скользкий момент о том, — чем отличаются «старшие Павловичи» от «младших» — помимо внешнего вида и фертильности, а так же — что этому послужило причиной.

Как бы ни было, — как раз в это время один из незаконных потомков Петра Великого (от его связи с Ригеман фон Левенштерн) Кристофер Александр фон Бенкендорф (герой турецких кампаний, рижский бургомистр и т.д.) получает от Екатерины официальный патент на то, что он признается Российской короной, как ЗАКОННЫЙ потомок Петра Великого. Одна из особенностей данного процесса заключается в том, что генерал Кристофер фон Бенкендорф к тому времени УЖЕ был личным телохранителем Принцессы Марии Федоровны (жены будущего Императора Павла) и — командовал охраной в Павловске. Вскоре после этого — у Принцессы Марии Федоровны начинают рождаться так называемые — «младшие Павловичи» (Николай, Михаил и их сестры), которые и по внешности и статям, а самое главное — фертильности — сильно отличаются от «старших Павловичей» (Александра, Константина и их сестер). В общем, история там — очень скользкая.

Как бы ни было — потомки Кристофера Бенкендорфа — Александр и Константин Христофоровичи — сызмальства воспитывались в Павловске (их мать умерла в 1797 году) и привычно звали Марии Федоровну не иначе как — «матушкой». На протяжении всей своей жизни Николай Первый будет считать, что у него было и есть только три друга — Бенкендорф, Орлов и Левашов, причем Бенкендорф и Орлов были его телохранителями с детского возраста, а Левашов их сменил, когда Бенкендорф с Орловым (оба — воспитанники Иезуитского Колледжа) попали в опалу и были сосланы.

Короче говоря, — в известный момент — возникло очень тесное взаимодействие между будущим Императором Николаем и будущими руководителями российских спецслужб. Эти люди все были связаны меж собой — очень тесными дружескими узами (а Бенкендорф с Николаем и — кровным родством, так как в любом случае — Бенкендорф считался потомком Петра по линии Левенштерн, а мать его приходилась Екатерине Великой — племянницей.)

Само собой — человек со столь впечатляющим Иезуитским образованием (он дослужился — по слухам — чуть ли не до Генерала Иезуитского Ордена, по крайней мере он — официально отделил «русскую ветвь» Ордена от подчинения Ватикану на основании «роспуска Ордена» Наполеоном и — никто из европейских Иезуитов ему ни тогда, ни — позже и слова не посмел поперек молвить) и связями — как родственными, так и — дружескими не мог не выдвинуться до положения особого.

Возвращение Бенкендорфа из опалы было следствием его личного героизма в австрийской кампании, когда он единственный смог удержать свой корпус от бегства при Аустерлице, а затем — по факту — возглавил русский аръергард, прикрывавший отход (а скорее бегство) нашей армии после такого ужасного поражения. Тем самым он завоевал огромный авторитет и уважение в армии, которое позволило ему впоследствии возглавить самые разнообразные Особые Коллегии и комиссии. По всем тогдашним понятиям Бенкендорф «имел право» — вешать и расстреливать дезертиров с предателями, так как сам — прошел через черт знает что…

Я тут расскажу всю историю «Бенк»а — если не остановлюсь, но суть дальнейших событий проста как выеденное яйцо. Человек получил выдающееся (пусть и очень специфическое) образование, имел безусловный «карт-бланш» от Николая, доводился помимо прочего — племянником графу Аракчееву и жизнь у него — как говорят — «удалась». Кроме всего прочего — ему как говорят, постоянно «улыбалась Фортуна». Если вы помните начало Отечественной, то Бенкендорф оказался первым из русских командующих, кто нанес решительное поражение противнику под Велижем. Для начала войны — восемь пленных генералов противника это — нечто запредельное…

2в. Однако — впоследствии произошла одна очень печальная вещь. Уже в эпоху Николая — происходило постепенное, но постоянное перераспределение полномочий от Первого и Второго Управлений Канцелярии (руководители Николай Первый и Михаил Сперанский) — к Третьему (Бенкендорфу), что достаточно быстро привело к известной ревности Государя к успехам его «брудера». Тем более что на Тайных Коллегиях всякий раз выходило, что Бенкендорф лучше представлял последствия тех, или иных решений. При всех успехах и правоте Бенкендорфа — все это вело к необычайному влиянию спецслужб в жизни Империи (вспомните «Ревизора») и общему нагнетанию атмосферы страха в стране. Причем — доходило до смешного: когда после гибели Пушкина Бенкендорф свалился с инфарктом и временно отошел от дел, у Николая сгорел Зимний — без Бенкендорфа никто не мог отдать нормального приказа о начале тушения, а сам Николай — растерялся. В дальнейшем ситуация только ухудшалась, — Бенкендорф однажды открыто сказал Государю, что ввиду того, что «Вы — Ваше Величество, человек — по-рыцарски честный, а политика грязная вещь. Я могу доложить Вам подробности, но стоит ли…?»

Короче говоря, — сразу после смерти Бенкендорфа — все его люди попали в опалу, колоссальная казна (накапливаемая для войны против Швеции) в 45 миллионов рублей серебром — была профукана просто стремительно и так далее. Недаром период после смерти Бенкендорфа в нашей истории именуется «черным семилетием».

Не было никакого «тайного кабинета». Просто были два человека — один Государь, а другой — правнук Леонарда Эйлера (того самого Президента Российской, а потом Прусской Академий Наук) и барона фон Шеллинга (который в Пруссии Фридриха Великого создал тамошний Абвер, предтечу будущих СД и гестапо). И что бы там ни говорили про Наследственность — что-то за всем этим кроется…

Были эти люди — настоящими друзьями и верили друг другу — как себе. Просто один из них жалел второго и не хотел того лишний раз беспокоить, а второй во всем на своего «брудера» и друга — надеялся. А уж как они правили. Как умели. На следствии по «Декабристам» — Бенкендорф на первый допрос собрал всех обвиняемых и сказал им буквально следующее: «Вы утверждаете, что поднялись за свободу для крепостных и Конституцию. Похвально. Прошу тех из вас — кто дал эту самую свободу крепостным, да не в форме выгнал их на улицу, чтобы те помирали как бездомные собаки с голоду под забором, а отпустил с землей, подъемными и посильной помощью — поднять руку. Если таковые имеются, — дело в их отношении будет прекращено — так как они действительно поступают согласно собственной совести. Я жду. Нет никого? Как странно — я-то своих крепостных отпустил в Лифляндии в 1816, а в Тамбовской губернии в 1818. Все вышли с землей. С начальными средствами. Я заплатил за каждого из них податей — за пять вперед в государственную казну. И я — не считаю себя либералом, или — освободителем. Мне так — выгоднее. Эти люди — на себя лучше работают. Я зарабатываю на помоле, распилке леса и прочем — для моих же бывших крестьян. Я уже — все мои расходы покрыл и получил на всем этом прибыль. И я не выхожу на площадь с безумными заявлениями или протестами против Государя, иль — тем более — против Империи…

Так как вы ничем не можете доказать, что дело сие — политическое, судить мы вас будем как — бунтовщиков, и предателей Отечества, навроде Емельки Пугачева. А теперь — всех по камерам… В одном этапе с уголовными пойдете, сволочи…»

Короче говоря, управляли страной как умели. Хорошо ли, плохо ли — согласно нашей историографии — «Золотой Век» нашей культуры завершается как раз годом смерти Александра Бенкендорфа. А соловьи — даже в золотых клетках — петь не приучены.

Не было никакого «тайного кабинета». Был человек и пока жил он — шел «золотой век», а не стало его и наступило «черное семилетие».

Ибо как сказал Теодор Моммзен — «трагедия России в этом веке заключается в том, что её кардинал Ришелье умер гораздо раньше её Людовика Тринадцатого».

Было еще на ветке про «спецслужбы в истории», но там все в итоге похерилось.

Антоннру: обычно так и бывает. Примерно то же самое сделали с инками, ацтеками, зулусами и прочими готтентотами. Потому что иначе получается как в Алжире, Индонезии, или — в ходе падения Рима, или Константинополя, или — при покорении России — монголами. Проблема в том, что при слишком большом разрыве в социальном развитии общества — сторонам не о чем договариваться, ибо отсутствует сам предмет договора, и хоть какого-то общего базиса — на котором можно договориться.

Строго говоря, — практически вся история Китая — история таких вот перманентных нескладушек. Китайское общество со всеми его прибабахами — все равно было на много голов продвинутей, чем все окружавшие его общества «горных/лесных дикарей» и кочевников. Ну и все общения в итоге сводились к — либо полному истреблению «дикарей», либо падению Китая под их ударами. Это и есть основная причина того, что там у них ханьцев практически 100%.

Строго говоря, — самые первые сионисты были более правы, когда собирались устроить свой Израиль — то ли в Либерии, то ли — на Мадагаскаре. При этом они вполне резонно предполагали, что проблем с местным населением у них там будет меньше (молчаливо подразумевая, что его в итоге данного общения попросту не останется). Еще более прав был товарищ Сталин, когда предложил евреям для переселения некую безлюдную местность в долине реки Биры — так как товарищ Сталин не зря свой хлеб до этого ел в должности наркомнаца. В конце концов – по-своему была права и госпожа Голда Меир, которая просила для этих же целей у товарища Сталина Крым, так как в этом случае социальный разрыв между возникающим государством и его будущими соседями был бы не таким вопиющим. Опять-таки был прав товарищ Сталин, который послал товарища Голду далеко на йюх, так как было очевидно, что социальный разрыв все равно неизбежен и будущее государство неминуемо станет большим геморроем для всех окружающих — и лучше уж данный геморрой поимеет на своих тогдашних землях Великобритания, а не полуразрушенный в ходе Второй Мировой — Советский Союз. А потом он был еще раз прав, когда самоустранился — от дальнейшей помощи Израилю — после подкладывания такого ежа под попу милейшей Британии и теперь с этим «чемоданом без ручки» носятся в основном США. Возможно Иосиф Виссарионович, будучи семинаристом — немножко лучше читал Писание и сопутствующую литературу и все, что там сказано и про «алию» и даже, наверное, — про «шин алия бет».

Ну, в общем, — говорят, что те талмудисты, которые не советовали торопиться с «алия бет» — че-то знали, или — о чем-то догадывались. Раз уж в Писании все равно есть про «алия гимель»…

Уганде, даже ездили с инспекцией, а идея Крыма была сильно до приезда Голды Меир послом в Москву

footuh — 2008-12-27 14:25:33

Упаси мя, Господи от иных друзей, от врагов я и сам спасусь. Если на клетке с носорогом написано «Бегемот» — не верь глазам своим. Ибо не мир я несу вам, но Меч!

 

P.S. Edit: Перефразируя — Что плохого в словах — «Либерте, Фратерните, Эгалите!»? Что плохого в тех людях что в 1812 году несли в Россию «разумное, доброе, вечное»? Однако же почему-то их все батюшки с амвонов звали не иначе, чем «Силой Антихриста». Так ведь вроде друзья, хлебом-солью надо было бы встречать подобных товарищей, небось товарищи Саймоны и прочие Померанцы — именно так и делали. Ибо нехорошо, когда «с пеной у губ» остальные стояли насмерть на Батарее и Флешах, — не так ли? Зачем было бороться против столь хороших идей? Нет г-ны Саймоны/Помернцы конечно ничего такого не делали — не хотели свой ангельский лик морщить, да кровяную пену разбрызгивать. И стало быть — по логике той — воины Бородина, да защитники Смоленска оказывается совсем не за то воевали. И совсем не за то — потом в декабре — казнили г-нов Саймонов с Померанцами на Вешняковых прудах, ибо «после того, что случилось не может быть к ним ни пониманья, ни жалости».

Через много лет в дни следствия по декабрьскому мятежу главный следователь — граф фон Бенкендорф, не выдержав, сказал однажды на общем допросе: «Я понимаю, я все понимаю — и про свободу, и про равенство и про братство. И я понимаю, что душой вы тут все болеете за народ. Давайте так, — вы наденете на себя что угодно, выберете деревню какую угодно — в столичных, или любой близкой провинции и скажете речь перед местными мужиками — говорить можете все, что угодно. Потом я скажу речь — как умею, с моим немецким акцентом, и я буду в мундире без знаков различия и нисколько не похож на барина, иль простого русского мужика. По итогам наших речей мужики кого-то повесят. По своему — мужицкому разумению. Или — вас, или — меня. Все по-честному. Согласны ли вы на такую дуэль?» После недолгого молчание декабристы все отказались.

Скорей всего — потому что — лица у них были в-основном — «в войну не наморщены» и пена в уголках губ у них в те дни не выступила.