footuh — 2008-12-21 16:11

P.S. Кстати, и о том, где был Даниил в детстве хорошо известно: у дядюшки, Ярослава Ярославовича, в Твери. Тот, как Великий Князь и старший в роду естественно заботился о малолетних племянниках.

 

Даниил специально упоминается в данном случае, как «гость», так как с формальной точки зрения у него есть свой удел — Москва, но Москва при этом считается приданным его жены. (То есть в случае распадения брака — Москва могла бы уйти вместе с женой Даниила куда-то еще, а поэтому малолетний Даниил находится у дяди на попечении.) Старшие Александровичи в это же самое время числятся как самовластные правители Переяславля и Городца соответственно. Кроме того, — сведения о Данииле как «госте» в Твери сравнительно поздние — он туда попадает, скорее всего, уже после распада союза его отца с Литвой и смерти хана Берке, то есть держание его в заложниках в Сарае теряет смысл.

Кроме того, — совершенно непонятно куда девается Даниил после смерти Ярослава — неужто все семейство всем кагалом переезжает к очередному Великому Князю — Василию Костромскому? Скорее всего, нет, они, по-видимому, возвращаются «домой» в удельную Москву — несмотря на то, что Даниил все еще не в подобающем князю возрасте.

Однако, совершенно точно известно, что в момент начала «великокняжеских котор» — между Дмитрием и Андреем Александровичами — Даниил считается союзником Дмитрию, однако при всем том — в начале «Дюденевой рати» — бежит вместе с окружением Андрея на Волгу (то есть с точки зрения татар он принадлежит к волжской стороне татар, а не крымской, которая пришла вместе с Дюденем на помощь Дмитрию). Именно поэтому вроде бы союзную Дмитрию Москву — крымчаки и сжигают еще раз.

То есть на примере «дюденевой рати» мы видим любопытное столкновение двух начал, — Даниил рассматривается татарами как сторонник «волжской партии» по крови, однако с русской точки зрения он сторонник Дмитрия, как «брата обойденного». Во всех последующих русских замороках он будут союзником Переяславлю, но стоит зайти о татарском противостоянии — он по отношению к прочим татарам ведет себя, как «волжанин».

Иными словами — так или иначе, Даниил рассматривается всеми как носитель не только русского, но и татарского государственного начала. Если мы внимательно проанализируем его родословную, то татарскому началу взяться неоткуда — за исключением его любимой жены, которая ДОЛЖНА быть связана с нобилитетом ВОЛЖСКИХ татар. Волжские товарищи в те времена — это в основном потомки нобилитета волжских булгар, породнившихся с чингисидами через дочерей Берке, который единственным из Ханов Орды был муслимом. (Потому что больше волжским муслимам родниться там было не с кем.)

Даниил — пусть и через свою жену — должен был быть «не чужим» для них в этом смысле, а это достижимо только исходя их предположения, что Ульяна/Мария — одна из многочисленных дочерей Берке-хана.

Вот как-то так…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>